23 сентября 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (7)



Отец Алексей Птицын вошел в зеленый дурно пахнущий вагон подмосковной электрички и, опустившись на деревянную скамью, прислонился виском к холодному стеклу. Поезд тронулся. Ехать нужно было далеко, до самого Александрова, но владыка Салафиил просил прибыть как можно незаметнее, не привлекая внимания машиной и рясой. Ну, это ничего, это он умеет. Птицын жил в Московии уже полтора года и научился уже, кажется, всему. Умел говорить важно и производить впечатление. Умел подобрать полы рясы под коричневую куртку и превратиться в незаметнейшего из прохожих — если не считать полноты, появившейся у него из-за обилия нездоровой, богатой углеводами пищи. А еще он научился обращаться с деньгами — с большими деньгами, которые теперь у него имелись. Познал он и то, что с этим ресурсом нужно быть осторожнее, в противном случае он легко унесет к неведомым доселе опасностям…

20 сентября 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (6)



Уютно устроившись на широком диване среди цветастых подушек, императрица пригубила кофе из крошечной фарфоровой чашки и принялась рассеянно просматривать в ноутбуке ленту светской хроники в разделе «Частная жизнь» — она следила за новостями такого рода, чтобы знать, каких новых гостей ожидать на следующем Золотом Ипподроме в случае чьих-то свадеб и, напротив, каких старых не ждать в случае рождения детей или разводов. До грядущих бегов оставалось четыре недели, и за время, протекшее с Рождества, в жизни знаменитостей мало что изменилось: женитьба сына французского президента, несколько помолвок… И вот теперь развод Генриха Херцога с супругой… Августа с досадой прочла последнюю новость: германский премьер в последнее время стал слишком уж назойливо одарять ее своими медвежьими комплиментами и дурацкими остротами… Многие мужчины настолько глупы и самовлюблены, что не замечают женской антипатии, даже достаточно явно выраженной… более, чем достаточно! Чуть более откровенное выражение уже было бы грубостью, и византийская императрица не может позволить себе подобного во время приемов… А право, иногда жаль!

2 сентября 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (5)



Вечером, нежась в объятиях мужа на супружеском ложе, Афинаида пробормотала:

— «Плоды твои сладки для гортани моей»… Интересно, почему Церковь всегда настаивала, что Песнь Песней можно понимать только аллегорически, а все остальное, мол, нечестие? По-моему, она и в буквальном понимании хороша!

30 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (4)



Застолье перемежалось играми. Гости, передавая друг другу эстафету, произносили тосты с пожеланиями по буквам греческого алфавита, отгадывали мелодии из кинофильмов и авторов стихов о любви и, наоборот, читали стихи автора, чье имя вынимали по жребию из плетеного кувшина, двумя командами сочиняли вирши в честь новобрачных и рисовали на скорость их портреты. А еще были светомузыка и танцы, парные и сиртаки, и шутки, и крики «горько!», и старинные свадебные гимны, и народные песни — тут всех особенно удивили Василий Кустас, Сергий Киннам и Марго, у которых оказались прекрасные голоса.

16 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (3)



Столы для гостей были накрыты в саду возле бассейна: чудесная, еще не жаркая весенняя погода это вполне позволяла. Родители встречали новобрачных, неся на подносе, застланном вышитым полотенцем, румяный каравай хлеба, соль и чашу вина. Они же говорили и первые тосты на застолье. Афинаида с легкой грустью подумала, что ее мать не дожила до этого дня, а если б дожила, то уж сегодня-то, наверное, поняла бы, насколько настоящая жизнь божественна и отличается от того унылого суррогата, которым их пичкал Лежнев…

12 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (2)



Венчание состоялось в Парфеноне, как и ожидало большинство друзей и знакомых, хотя в глубине души Феодор, пожалуй, предпочел бы академический храм Дионисия Ареопагита, а Афинаида — Одигитриевский и отца Елисея в качестве совершителя таинства. Однако гостей ожидалось столь много, что эти храмы их бы просто не вместили, а Парфенон, с другой стороны, был связан с божественной изгнанницей и их покровительницей… Афинаида почти ожидала увидеть рыжие волосы и клетчатый пиджак в толпе пришедших на торжество или где-нибудь между возносящихся ввысь колонн древнейшего храма Империи, хотя умом понимала, что такие мечты определенно отдают тщеславием… Да и могла ли Афина явиться в храм, ей больше не принадлежащий? Зато отец Елисей на венчание пришел и преподнес в подарок благословение и красивую лаковую шкатулку собственной работы — оказалось, что он на досуге занимается таким рукодельем.

5 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (1)



Пост пролетел незаметно и весело, в свадебных приготовлениях. Киннам впервые за много лет постился, а по воскресеньям они с Афинаидой и Фотисом ездили причащаться в Одигитриевский храм. Впрочем, теперь Афинаиде не приходилось, за неимением времени и выдающихся способностей к кухонной премудрости, однообразно питаться мюслями с соком, макаронами, чечевичным супом и «пастушьим» салатом: домработница и мультиварка знали куда больше постных блюд, а в глифадских ресторанах можно было великолепно поужинать морепродуктами. Конечно, Лежнев назвал бы все это нарушением церковного устава и нечестивым гортанобесием, но Афинаиду больше не волновала такого рода «греховность». Она впервые не ходила в первую седмицу поста на Великий канон Андрея Критского и, к собственному удивлению, совсем не ощутила, что лишила себя чего-то духовно важного. Зато созерцание заката над морем с террасы перед ее кабинетом дарило ей чувство причастности к Божию миру, ко всему прекрасному, что в нем есть, и это наполняло душу благодарностью и желанием внутренне соответствовать этой великой красоте. С недоумением Афинаида вспоминала теперь истории о святых, которые не хотели взглянуть на красоты природы, якобы отвлекающие от Бога: созданный Богом мир как помеха к созерцанию Бога — разве не абсурдно?! Однажды она высказала эту мысль Феодору.

29 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (20)



В последний понедельник февраля — пошла уже третья седмица Великого поста — Феодор с Афинаидой после лекций в Академии поехали получать сигнальные экземпляры нового романа великого ритора. Он дописал его буквально за несколько дней после Богоявления, а в издательстве уже давно ждали текст, и никаких задержек с печатью не возникло.

26 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (19)


В горах смеркалось. Дальние пики еще сияли светом, но ниже уже сгущалась синева, тени выползали изо всех трещин и разливались по ущелью. Редкая растительность словно бы пряталась на ночь, стараясь слиться с камнями и утесами.

22 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (18)



Утром шестнадцатого февраля на пороге небольшого кабачка, затерявшегося в центре Старого Города, появился Сергий Стратигопулос. Войдя, он огляделся и внезапно замер. В этот прекрасный яркий день народу в заведении было немного: больше половины столиков пустовало, за остальными сидела чинная и приличная публика. Но внимание отставника привлекла огромная плазменная панель телевизора: там, судя по всему, передавали выпуск новостей. На экране мелькали то красивая большеглазая женщина, то представительный мужчина, то нервно кивающий каждому их слову корреспондент — отвратительная привычка этой братии! — то страницы какой-то старинной книги, плотно заполненные потемневшим унциалом. Впрочем, до конца сюжета оставалось не более полминуты, а как только телевизор перешел к погоде, Сергия окликнул из угла Фома Амиридис, который до этого мгновения тоже сосредоточенно вглядывался в экран.

19 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (17)



Знакомиться с родителями Феодор повез Афинаиду на Сырной неделе, с ними в Фессалонику поехал и Фотис. Все трое волновались, каждый по-своему, но при этом усердно делали беззаботный вид. Однако, к великому облегчению Афинаиды, Киннам-старший, перед которым она заочно робела, вероятно, умел нагнать страху где-нибудь на заседании правления банка, но в семейном кругу держался вполне добродушно. Ему было шестьдесят семь, но выглядел он бодро, смотрел остро, слушал внимательно. Изъяснялся банкир немногословно, но после первых минут знакомства Афинаида почувствовала его молчаливое одобрение и расслабилась. Мария Киннам, невысокая сухонькая женщина шестидесяти четырех лет, круглолицая, с торопливыми движениями маленьких рук, обняла и расцеловала будущую невестку со словами:

— Ну, наконец-то нашего непутевого сына приберут к рукам!

12 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (16)



О помолвке Киннам объявил в день своего рождения. Академическую общественность новость уже не удивила, зато СМИ буквально взорвались: «Самый завидный холостяк Империи отдает свою руку и сердце», «Академический роман», «Прекрасная аспирантка покорила великого ритора», и так далее, и тому подобное. Потом журналисты разузнали подробности о защите Афинаиды: «Семьдесят два вопроса возлюбленной ректора», «Заговор гарпий», «Битва за степень». Затем раскопали и ее лежневское прошлое: «Фантастическое завершение реабилитации», «Из христианских катакомб в чертог Афины» и даже «Из-под длани Лежнева в объятия Киннама», — степень игривости заголовков возрастала с понижением уровня изданий. Кое-где даже проскользнули намеки вроде: «В битве за сердце великого ритора Афины победили Константинополь», — но в целом мало кто рискнул затронуть скользкую тему. Были и обращения с просьбами об интервью, но всем звонившим отказали. Однако от фотографов было не скрыться — несколько дней они караулили возле Академии со вспышками наперерез. Утешало лишь то, что Феодор с Афинаидой отличались фотогеничностью, и плохих снимков в СМИ не попало. Великий ритор поначалу беспокоился о том, как Афинаида отреагирует на этот шквал публикаций, но она отнеслась к копанию журналистов в ее прошлом с долей юмора.