16 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (3)



Столы для гостей были накрыты в саду возле бассейна: чудесная, еще не жаркая весенняя погода это вполне позволяла. Родители встречали новобрачных, неся на подносе, застланном вышитым полотенцем, румяный каравай хлеба, соль и чашу вина. Они же говорили и первые тосты на застолье. Афинаида с легкой грустью подумала, что ее мать не дожила до этого дня, а если б дожила, то уж сегодня-то, наверное, поняла бы, насколько настоящая жизнь божественна и отличается от того унылого суррогата, которым их пичкал Лежнев…

12 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (2)



Венчание состоялось в Парфеноне, как и ожидало большинство друзей и знакомых, хотя в глубине души Феодор, пожалуй, предпочел бы академический храм Дионисия Ареопагита, а Афинаида — Одигитриевский и отца Елисея в качестве совершителя таинства. Однако гостей ожидалось столь много, что эти храмы их бы просто не вместили, а Парфенон, с другой стороны, был связан с божественной изгнанницей и их покровительницей… Афинаида почти ожидала увидеть рыжие волосы и клетчатый пиджак в толпе пришедших на торжество или где-нибудь между возносящихся ввысь колонн древнейшего храма Империи, хотя умом понимала, что такие мечты определенно отдают тщеславием… Да и могла ли Афина явиться в храм, ей больше не принадлежащий? Зато отец Елисей на венчание пришел и преподнес в подарок благословение и красивую лаковую шкатулку собственной работы — оказалось, что он на досуге занимается таким рукодельем.

5 августа 2016 г.

Траектория полета совы: Весенний полет (1)



Пост пролетел незаметно и весело, в свадебных приготовлениях. Киннам впервые за много лет постился, а по воскресеньям они с Афинаидой и Фотисом ездили причащаться в Одигитриевский храм. Впрочем, теперь Афинаиде не приходилось, за неимением времени и выдающихся способностей к кухонной премудрости, однообразно питаться мюслями с соком, макаронами, чечевичным супом и «пастушьим» салатом: домработница и мультиварка знали куда больше постных блюд, а в глифадских ресторанах можно было великолепно поужинать морепродуктами. Конечно, Лежнев назвал бы все это нарушением церковного устава и нечестивым гортанобесием, но Афинаиду больше не волновала такого рода «греховность». Она впервые не ходила в первую седмицу поста на Великий канон Андрея Критского и, к собственному удивлению, совсем не ощутила, что лишила себя чего-то духовно важного. Зато созерцание заката над морем с террасы перед ее кабинетом дарило ей чувство причастности к Божию миру, ко всему прекрасному, что в нем есть, и это наполняло душу благодарностью и желанием внутренне соответствовать этой великой красоте. С недоумением Афинаида вспоминала теперь истории о святых, которые не хотели взглянуть на красоты природы, якобы отвлекающие от Бога: созданный Богом мир как помеха к созерцанию Бога — разве не абсурдно?! Однажды она высказала эту мысль Феодору.

29 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (20)



В последний понедельник февраля — пошла уже третья седмица Великого поста — Феодор с Афинаидой после лекций в Академии поехали получать сигнальные экземпляры нового романа великого ритора. Он дописал его буквально за несколько дней после Богоявления, а в издательстве уже давно ждали текст, и никаких задержек с печатью не возникло.

26 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (19)


В горах смеркалось. Дальние пики еще сияли светом, но ниже уже сгущалась синева, тени выползали изо всех трещин и разливались по ущелью. Редкая растительность словно бы пряталась на ночь, стараясь слиться с камнями и утесами.

22 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (18)



Утром шестнадцатого февраля на пороге небольшого кабачка, затерявшегося в центре Старого Города, появился Сергий Стратигопулос. Войдя, он огляделся и внезапно замер. В этот прекрасный яркий день народу в заведении было немного: больше половины столиков пустовало, за остальными сидела чинная и приличная публика. Но внимание отставника привлекла огромная плазменная панель телевизора: там, судя по всему, передавали выпуск новостей. На экране мелькали то красивая большеглазая женщина, то представительный мужчина, то нервно кивающий каждому их слову корреспондент — отвратительная привычка этой братии! — то страницы какой-то старинной книги, плотно заполненные потемневшим унциалом. Впрочем, до конца сюжета оставалось не более полминуты, а как только телевизор перешел к погоде, Сергия окликнул из угла Фома Амиридис, который до этого мгновения тоже сосредоточенно вглядывался в экран.

19 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (17)



Знакомиться с родителями Феодор повез Афинаиду на Сырной неделе, с ними в Фессалонику поехал и Фотис. Все трое волновались, каждый по-своему, но при этом усердно делали беззаботный вид. Однако, к великому облегчению Афинаиды, Киннам-старший, перед которым она заочно робела, вероятно, умел нагнать страху где-нибудь на заседании правления банка, но в семейном кругу держался вполне добродушно. Ему было шестьдесят семь, но выглядел он бодро, смотрел остро, слушал внимательно. Изъяснялся банкир немногословно, но после первых минут знакомства Афинаида почувствовала его молчаливое одобрение и расслабилась. Мария Киннам, невысокая сухонькая женщина шестидесяти четырех лет, круглолицая, с торопливыми движениями маленьких рук, обняла и расцеловала будущую невестку со словами:

— Ну, наконец-то нашего непутевого сына приберут к рукам!

12 июля 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (16)



О помолвке Киннам объявил в день своего рождения. Академическую общественность новость уже не удивила, зато СМИ буквально взорвались: «Самый завидный холостяк Империи отдает свою руку и сердце», «Академический роман», «Прекрасная аспирантка покорила великого ритора», и так далее, и тому подобное. Потом журналисты разузнали подробности о защите Афинаиды: «Семьдесят два вопроса возлюбленной ректора», «Заговор гарпий», «Битва за степень». Затем раскопали и ее лежневское прошлое: «Фантастическое завершение реабилитации», «Из христианских катакомб в чертог Афины» и даже «Из-под длани Лежнева в объятия Киннама», — степень игривости заголовков возрастала с понижением уровня изданий. Кое-где даже проскользнули намеки вроде: «В битве за сердце великого ритора Афины победили Константинополь», — но в целом мало кто рискнул затронуть скользкую тему. Были и обращения с просьбами об интервью, но всем звонившим отказали. Однако от фотографов было не скрыться — несколько дней они караулили возле Академии со вспышками наперерез. Утешало лишь то, что Феодор с Афинаидой отличались фотогеничностью, и плохих снимков в СМИ не попало. Великий ритор поначалу беспокоился о том, как Афинаида отреагирует на этот шквал публикаций, но она отнеслась к копанию журналистов в ее прошлом с долей юмора.

8 июля 2016 г.

Восточный экспресс: Венец Востока (7)



Свадьбу праздновали с восточным размахом, три дня. Все подружились, перешли на «ты», наговорились обо всем, успели поспорить, пошутить, потанцевать и даже, вспомнив детство, поиграть в прятки в саду. Правда, Панайотис, которому досталось по жребию водить, в процессе поисков Маро, сумевшей спрятаться лучше всех, умудрился испугаться вопля попугая, оступился и искупался в пруду, но это только усугубило общее веселье.

28 июня 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (15)


В конце января столицу взволновала новость: сибирский царь Николай IV собирается посетить Царствующий Город. Это был первый официальный визит русского самодержца в Константинополь за всю историю! Петр I, разумеется, побывал в Городе, но безо всяких церемоний, практически анонимно. И с тех пор никто из русских царей не удостаивал столицу Империи своим визитом — слишком сильно было в Петербурге чувство соперничества с православной Византией, а если бы и не оно, то… у монархов всегда находились более важные дела и более близкие родственники. В последнее столетие русские цари и византийские василевсы обычно встречались в Женеве, на заседаниях Лиги Наций.

24 июня 2016 г.

Восточный экспресс: Венец Востока (6)



Назавтра пришлось встать рано и надолго отдать себя в руки стилиста и парикмахера, зато результат был потрясающим. Жемчужно-серое платье шло к дарьиным глазам и волосам, а к нему очень подходили украшения, подаренные родителями Алхимика: ожерелье, серьги и браслет, белое золото с бриллиантами. Легкая дымка фаты украшала сзади прическу, над которой парикмахер колдовал почти два часа. Поглядев, наконец, на себя в зеркало, пораженная Дарья застыла на несколько секунд, недоверчиво разглядывая эту почти незнакомую красавицу: «Да уж я ли это?..»

21 июня 2016 г.

Траектория полета совы: Зимняя сказка (14)



Спустя два дня Афинаида после работы, наконец, нашла время, чтобы провести вечер с Марией в кофейне неподалеку от Академии. Она вкратце рассказала подруге о том, как произошло их объяснение с Феодором.